Франческа смахнула еще несколько непрошеных слезинок.

- Чушь! - вполголоса произнесла она. - Я всем интересуюсь, а им бы только выйти замуж и купаться в роскоши. Мы из разных миров. Вполне естественно, что они считают меня странной. Так и должно быть.

- Франческа, ты идешь наверх, дорогая? Что-то случилось? - спросила мать.

Девушка съежилась, застигнутая в минуту слабости, когда она как дура плакала от жалости к себе. Меньше всего ей хотелось попасться на глаза Джулии.

- Разумеется, я иду, мама! - неестественно бодрым тоном воскликнула она.

- Ты чем-то расстроена. - Джулия остановилась возле дочери. - Что произошло?

Франческа взглянула на мать и вдруг услышала свой голос:

- Я не знаю, зачем ты насилуешь меня. Я синий чулок, и у меня с этими людьми нет ничего общего!

Джулия внимательно посмотрела на дочь, улыбнулась и взяла ее под руку.

- Ты молодая и красивая, и ты такая же, как все юные девушки. Франческа, не болтай глупости, это не доведет до добра. Пожалуйста, дочка, выслушай меня и поверь хотя бы один раз. Я твоя мать, и никто не любит тебя больше и не желает больше добра, чем я. - Джулия снова улыбнулась, радуясь, как понятно она все объяснила.

Мать никогда ее не поймет. Франческа выдавила слабую улыбку.

- Я другая, - прошептала она. - И я очень устала...

- Пойдем наверх, вот-вот начнутся танцы, - сказала Джулия, увлекая дочь к дверям.

У Франчески не оставалось выбора. Впрочем, с матерью всегда так. Она спиной почувствовала на себе взгляд Джулии и с трудом освободилась от ее руки.

И замерла, встретив взор Монтроуза.

Он посмотрел на нее впервые за весь вечер.

Он поклонился, как подобает джентльмену, повернулся и пошел прочь.

***

- Доброе утро, соня!

Франческа уже проснулась, однако пребывала в мягкой полудреме, на грани сна и яви, наслаждаясь теплом постели. Открыв глаза, она окинула взглядом комнату. На пороге стоял улыбающийся Эван.